Идеал женской красоты в эпохи барокко, рококо и ампир

В эпоху барокко (кон. XVI-XVII вв.) естественность выходит из моды. На смену ей приходят стилизация и театральность. 

Расцвет барокко пришелся на период правления французского «короля-солнце» Людовика XIV. С этих пор французский двор начинает диктовать моду всей Европе (так называемый «версальский диктат»). Знать перенимала ее у любовниц короля и распространяла дальше. Женское тело в период барокко, как и ранее, должно быть «богатым» с «лебединой» шеей, широкими откинутыми назад плечами и пышными бедрами. Но талия теперь должна быть как можно тоньше, и в моду входят корсеты из китового уса. К тому же, корсет выполняет еще одну функцию – он зрительно поднимает грудь, обычно почти открытую смелым декольте. 

Каноны красоты и моды даже в одно и то же время в разных странах той же Европы могли сильно варьировать. Например, в Испании корсет, вместо того, чтобы подчеркивать грудь, превратился для нее в настоящий «панцирь». С помощью него грудь, наоборот, утягивалась, делалась плоской. Ноги женщин продолжают скрываться под юбкой, держащейся на обручах и достигающей значительной ширины. Пышная, вычурная одежда надолго становится одним из основных элементов женской неотразимости. Парадность внешнего вида наиболее ярко проявилась в широком использовании роскошных воротников и париков, просуществовавших среди знати без малого три века. Необходимыми аксессуарами дам становятся перчатки, веера, зонтики, муфты и ювелирные украшения. 

В начале XVIII в. наступает эпоха рококо, и женский силуэт снова меняется. Теперь женщина должна напоминать хрупкую фарфоровую статуэтку. Торжественную парадность барокко сменяет грациозность, легкость и игривость. При этом театральность и неестественность никуда не уходят – напротив, достигают своего пика. И мужчины, и женщины приобретают кукольный облик.

 

Картина Д. Г. Левицкого "Портрет Хованской и Хрущовой", 1773

 Красавица эпохи рококо имеет узкие плечи и тонкую талию, маленький лиф контрастирует с огромной округлой юбкой. Декольте увеличивается, а юбка несколько укорачивается. В связи с этим пристальное внимание начинает уделяться нижнему белью. В моду входят чулки, а нижняя юбка богато украшается. Богатство нижнего белья становится важным еще и благодаря утренним дамским церемониалам, в которых также участвовали и кавалеры. На лицо галантные дамы накладывали столько грима, что, говорят, мужья часто не узнавали своих жен. А так как пудра в те времена изготавливалась из муки, чрезмерные запросы модниц порой вызывали в стране даже временный дефицит этого пищевого продукта.

 

Пародия на "галантную" моду рококо. 

 Парики в эпоху рококо приобретают поистине гротескные причудливые формы. На головах носят целые натюрморты из цветов, перьев, лодки с парусами и даже мельницы. В моду вошли также специальные черные шелковые пластыри – «мушки». Они служили своеобразной любовной символикой, акцентирующей внимание кавалеров на определенных частях женского тела. В связи с такой спецификой «мушки» нередко клеились не только на открытые части тела, но и под одежду. Некоторые считают, что появление «мушек» было вызвано эпидемией оспы, и сперва они скрывали рубцы, вызванные этой страшной болезнью.

 

 

Галантные картины Ж.О. Фрагонара - "Урок музыки" и "Качели". 

 Платье эпохи рококо почти не подчеркивает фигуры. Внимание сосредотачивается на шее, лице, руках, казавшихся хрупкими среди кружевных оборок, рюшей и лент.

Театральность рококо особенно ярко проявилась в «любовных картинках» того времени. Несмотря на царящую в то время распущенность, теперь соблазнительную даму рисуют не обнаженной, как раньше, а принявшей «пикантную» позу, с отсутствующей или слегка приподнятой частью одежды. Обнажать женскую грудь, касаться ее и целовать – отныне считалось вполне приличным. Скромность вызывала лишь насмешки: раз девушка стыдится – значит нечем похвалиться. Кавалеры вздыхали, что «легче коснуться груди женщины, чем завоевать ее сердце». Дамы же постоянно находили повод показать свою грудь – то роза упала и уколола, то блошка укусила – «посмотрите!». Популярным развлечением знати были и своеобразные конкурсы красоты, где дамы без стыда задирали подолы и распахивали корсажи.

 Пока во Франции буйствовало рококо, в «Туманном Альбионе» вновь занялись переоткрытием «греческого вкуса и римского духа», как декларировало Лондонское Общество любителей античности. В моде начинался классицизм. 

 Вскоре и Французская Революция в своей ненависти ко двору Марии Антуанетты вместе с королевской властью начала ликвидировать засилье париков, мушек, корсетов и румян. В моду снова стала входить естественность. Ярко краситься считается теперь дурным тоном, поэтому в декоративной косметике используются только естественные тона. Иногда косметического эффекта пытались достичь еще более естественными способами: если требовалась бледность – дамы пили уксус, если румянец – ели землянику. 

На некоторое время из моды выходят даже ювелирные украшения. Считается, что чем красивее женщина, тем меньше она нуждается в украшениях. Подражание античной одежде (в основном хитону и пеплосу) изменило и силуэт женщины. Платье приобретает ясные пропорции и плавные линии. Основной одеждой модниц стал белоснежный шмиз – полотняная рубашка с большим декольте, короткими рукавами, зауженная спереди и свободно обволакивающая фигуру внизу. Пояс переместился под самую грудь. Так как эти платья делались в основном из тонкого полупрозрачного муслина, модницы рисковали подхватить простуду в особо холодные дни.

Мадам Рекамье изображена на картине Ф. Жерара в шмизе из легкой белой ткани, с большим вырезом, обнажающим плечи. Мадмуазель Ривьер кисти Жана Огюста Доминика Энгра одета по уже "утепленной" моде ампир. 

 Французский «Журнал де Мод» в 1802 г. рекомендовал своим читательницам посетить Монмартское кладбище, чтобы посмотреть, сколько юных девушек стали жертвой «нагой» моды. А писатель Коцебу в 1804 г. писал, что туалеты, которые сейчас считаются в Париже сдержанными и элегантными, сто лет тому назад позволялись лишь женщинам легкого поведения. Поэтому, благодаря египетскому походу Наполеона, как «приложение» к шмизу в моду вошли кашемировые шали, которые широко популяризировала супруга императора – Жозефина. Жозефина во времена ампира, как и полагается, была первой модницей Империи. Ее день проходил в неустанных заботах о своей внешности. Утром императрица принимала ванну из миндального молока. Затем ею занимался так называемый мозольный оператор и полировщик ногтей. После уроков изящных манер Жозефина совершала конную прогулку. Далее начиналась примерка новых нарядов с портными и создание новой прически под новый наряд. Вечером во всем этом убранстве она отправлялась в театр, на бал или в другие светские места. Нагулявшись, императрица опочивала в кровати под балдахином, не забыв при этом надеть на ночь перчатки, – белизна и нежность рук во времена ампира весьма ценились.

Ссылка на первоисточник

Мода эпохи Людовика XIV (1660-1715) - часть 1

     Во второй половине XVII в. в европейской моде господствовали вкусы французского двора Короля-Солнца Людовика (Луи) XIV. Это был период расцвета абсолютной монархии во Франции, ставшей культурным центром Европы.

    Изменились идеалы красоты. Мужчина-рыцарь, воин окончательно превратился в светского придворного. Обязательное обучение дворянина танцам и музыке придает его облику пластичность. На смену грубой физической силе приходят иные, высоко ценимые качества: ум, сметливость, изящество. Мужественность XVII в. — это величественность осанки, и галантное обращение с дамами. Идеал женской красоты сочетал парадность и кокетство. Женщина должна быть высокой, с хорошо развитыми плечами, грудью, бедрами, очень тонкой талией (с помощью корсета ее затягивали до 40 сантиметров) и пышными волосами. Роль костюма в выражении идеала красоты становится огромной, как никогда ранее.

      В целом все еще сильны традиции испанской моды, но приспособленной к французским вкусам. Строгую геометрию испанского платья сменили ясные тона и краски, сложность покроя. То была мода барокко (от итал. barocco — странный, причудливый, вычурный) , отличавшегося от стиля Возрождения декоративностью, сложными формами и живописностью.

    

     Костюм эпохи барокко всецело подчинен этикету двора и отличается пышностью и громадным количеством украшений. С этого времени французский вкус и мода завоевали всю Европу и владеют ею в течение нескольких веков. Во Франции стало модно украшать все подряд лентами и кружевом, этот стиль дошел до крайности в начале 1660-х, когда Людовик XIV (известный в народе, как Король-Солнце) достиг расцвета своего могущества и начал задавать тон в мужской моде.

      Вошли в моду новые материалы и украшения, общий вид костюма стал совершенно иным. Шелк и кружева оттеснили бархат и металл. Французская мода подчеркивала природные данные; настал черед пышных форм.

     Строгие формы испанской моды побеждены: «треугольник» исчез. Одежда учитывает движения и индивидуальность того, кто ее носит; приспосабливается к тому, кому предназначается костюм. В свободно развевающемся платье воплотилась фантазия, а вместе с ней и стремление к эксцентричности и роскоши. 

     Покрой костюма сложен. Изготовленный из узорчатой парчи костюм богато украшен кружевами, шнурами, лентами, каймой и вышивками.

       Стоимость нарядов стала фантастической, — например, один из костюмов Людовика XIV имел около 2 тыс. алмазов и бриллиантов. Подражая королю, придворные старались не отстать от моды на роскошные одеяния и если не превзойти самого Короля-Солнце, то, по крайней мере, не ударить в грязь лицом друг перед другом. Недаром пословица того времени гласила: «Дворянство носит свои доходы на плечах». 

      Начиная со времен Людовика XIV, о французской моде уже можно говорить как о мировой. «Версальскому диктату» охотно подчиняются все. Происходит почти полное «офранцуживание», а точнее «опаризьенивание» (от слова Париж) Европы. Французская мода не только стирает национальные различия — она постепенно сближает и внешний вид отдельных сословий.

    Основным источником информации о моде был журнал «Галантный Меркурий», помогавший французским модам покорять Европу. В этом журнале печатались обзоры, к ним прилагались картинки с описанием моделей и указанием, когда и что следует носить, иногда критиковались те или иные нововведения. 

     Кроме этого популярного журнала, новости моды распространялись при помощи двух манекенов из воска — «Большой Пандоры» и «Малой Пандоры» . Их одевали в только что появившиеся туалеты и выставляли на улице Сен-Оноре для обозрения. «Большая» демонстрировала парадные платья, «малая» — домашнюю одежду. Парижские новинки отправлялись в европейские столицы и пользовались такой сногсшибательной популярностью, их везде так ждали, что «Пандоры» даже имели право беспрепятственного передвижения в военное время. 

     Подражание моде доходило до того, что, например, пунктуальные немецкие дамы не только тратили огромные деньги на французские наряды, но и посылали во Францию своих портных для изучения последних новинок моды.